Сохранение лесов — один из ключевых экологических вопросов последних лет. Уничтожение лесных массивов меняет всю экосистему: начиная от климата и состава воздуха, заканчивая растительным и животным миром, а также состоянием почвы. Поэтому в условиях, когда экономика требует большого количества лесных ресурсов, в частности древесины, становится очевидной необходимость заботиться о восстановлении лесов. Вместе с учеными «Научная Россия» разбирается, как в России восстанавливают леса, как найти баланс между заботой об экологии и экономическими интересами и какие вызовы сейчас стоят перед учеными. Все это мы рассмотрим на конкретном примере – как это делают на Дальнем Востоке.
В начале 2025 г. в Федеральном агентстве лесного хозяйства анонсировали, что площадь лесовосстановительных работ на год займет целых 1,3 млн га и, таким образом, превысит площадь погибших насаждений. Если обратиться к официальным источникам, то площадь лесовосстановления неуклонно повышается с каждым годом и уже четвертый год подряд превышает площадь уничтоженных лесных массивов. Казалось бы, за экологию можно не беспокоиться. Но на деле все оказывается не так просто. Первый этап лесовосстановительных работ — это заготовка семян, создание лесных культур. Соответственно, когда речь идет о лесовосстановительных планах на год, ориентируются именно на объем заготовок. Насколько успешно пройдет восстановление — это уже другой вопрос. Как объяснил Александр Анатольевич Егоров, старший научный сотрудник лаборатории лесного болотоведения Института лесоведения (ИЛАН) РАН, одной из причин, по которой площадь лесовосстановления превышает площади вырубленных и погибших насаждений, может быть включение в эту территорию участков, на которых ранее успешного восстановления не произошло.
Восстановление лесов на Дальнем Востоке
Итак, восстановление вырубленного или погибшего леса — достаточно трудоемкий и многоступенчатый процесс, который включает в себя не только, собственно, посадку деревьев, но и комплекс подготовительных, а также различных санитарных и профилактических работ. Но начинается все с выбора способа восстановления. Их три: естественное, искусственное и комбинированное. Если искусственное подразумевает посадку саженцев, выращенных в лесных питомниках, то естественное — создание условий для того, чтобы лес восстановился сам. Например, один из наиболее распространенных методов естественного лесовосстановления заключается в том, что еще при вырубке сохраняется подрост — молодые деревья, растущие под пологом. Комбинированное лесовосстановление предполагает, что искусственное восстановление производится только на отдельных участках леса, где естественное возобновление невозможно.
С точки зрения лесных ресурсов Дальний Восток — один из самых богатых регионов страны: по словам директора Дальневосточного научно-исследовательского института лесного хозяйства (ФБУ «ДальНИИЛХ»), кандидата сельскохозяйственных наук Александра Юрьевича Алексеенко, в 2025 г. на Дальнем Востоке было запланировано провести работы на 375 тыс га, что составляло примерно четверть от площади всех лесовосстановительных работ в России. Природные условия определяют необходимость проводить естественное восстановление: на Дальнем Востоке до сих пор преобладают естественные и коренные леса, которые могут сами возобновляться после вырубки. Это касается и хвойных, и ценных лиственных пород. Доля искусственного лесовосстановления здесь не превышает 5%.
«Многолетний практический опыт воспроизводства лесов показал, что на Дальнем Востоке северней 54° северной широты искусственный способ малоэффективен и рискован. В южных хвойно-широколиственных лесах преобладают выборочные рубки, их горимость незначительна, поэтому искусственное лесовосстановление не требуется», — объяснил А.Ю. Алексеенко.
С другой стороны, есть участки, где восстановить лесной массив без помощи человека невозможно. Это старые гари и пустыри — территории, многократно подвергавшиеся лесным пожарам. Но одна из давних и «вечных» проблем региона — это дороги. До большинства таких участков очень сложно добраться, поскольку часто они находятся в предгольцовых зонах (то есть рядом с безлесными скалистыми вершинами), вдали от всех транспортных путей. По словам ученого, в регионе существует тенденция: восстановительные мероприятия проводятся там, куда легче доехать, а не там, где они требуется в первую очередь. По этой же причине возникают сложности, в том числе и при компенсационном восстановлении. По закону любая компания, которая вырубает лес при строительстве дорог, прокладывании ЛЭП или добыче полезных ископаемых — обязана посадить новый массив, но найти доступный участок для этого становится все сложнее.
Другая проблема — недостаток районированных саженцев (то есть таких растений, которые рекомендуются к посадке в конкретном районе). Здесь лесное хозяйство просто не успевает за требованиями экономики. К тому же, в климате Дальнего Востока урожай лесных семян случается раз в 4-5 лет, а для компенсационных работ новые семена нужны постоянно. То есть доля искусственного лесовосстановления растет, и это создает дефицит лесных семян и саженцев.
«При искусственном лесовосстановлении обычно высаживаются хвойные породы. Лиственные насаждения в нашем регионе сами прекрасно возобновляются. Однако в последние годы посадочного материала хвойных пород для компенсационного лесовосстановления не хватает, поэтому практикуется создание лиственных лесных культур из маньчжурского ореха или дуба в Приморском крае, а на Камчатке создаются лесные культуры из березы каменной», — отметил А.Ю. Алексеенко.
Выход из ситуации ученый видит в развитии лесного семеноводства и создании тепличных комплексов для выращивания саженцев, в будущем — в развитии плантационного выращивания быстрорастущих древесных пород с нужными свойствами древесины. Таким образом, древесину можно будет получать оттуда, снизив промышленную нагрузку на естественные леса.
Главная угроза — лесные пожары
Говоря о Дальнем Востоке, нельзя не обойти вниманием пожарную опасность. Вообще лесные пожары бывают низовые и верховые. В первом случае горит только то, что внизу: трава, кустарники, опавшие листья, валежник; во втором — огонь охватывает уже кроны и верхушки деревьев. Наибольшую опасность представляют именно верховые пожары, потому что при низовых большинство деревьев, несмотря на ожоги, все же выживает и продолжает расти. Лиственные деревья — береза, осина, дуб — благодаря способности образовывать после пожаров поросль, занимают территории, ранее занятые хвойными деревьями. А даурская лиственница — по словам А.Ю. Алексеенко, главная древесная порода Дальнего Востока — вообще не может естественно возобновляться без пожаров или вырубки.
По-настоящему опасны пожары для молодых насаждений, возникающих на свежих вырубках. После двух-трех повторяющихся лесных пожаров без искусственного восстановления не обойтись.
«На таких участках скапливается большое количество лесных горючих материалов — сухой травы, мха, кустарничков, поэтому пожары развиваются очень интенсивно и уничтожают молодое поколение леса. Пожары на таких участках могут периодически повторяться, на некоторых они возникают по несколько раз в год. После ряда пожаров восстановление леса без помощи человека невозможно. На равнинах такие участки часто заболачиваются, на склонах при часто повторяющихся пожарах деградирует почва и остается каменистая россыпь — курум. Для искусственного восстановления здесь требуется хорошая подготовка почвы тяжелыми лесными плугами для подавления травянистой растительности, а затем многолетний агротехнический уход за саженцами. На заболоченных участках требуется дополнительная гидромелиорация», — объяснил А.Ю. Алексеенко.
Но низовой пожар может перейти в верховой, и в этом его главная опасность. С одной стороны, по словам директора ДальНИИЛХ, доля верховых пожаров не превышает 5% от общего количества. Но даже это немало, учитывая, что они уничтожают ценные хвойные массивы. Для того, чтобы им противостоять, в институте была разработана специальная технология по созданию «барьеров» — полос из огнестойких деревьев, таких как тополь или лиственница. Если из таких деревьев создать загущенную посадку (то есть сажать 4-6 тыс саженцев на 1 га), то под пологом таких полос формируется плотная лесная подстилка, которая предотвращает горение и распространение пожара — слой из опавших листьев, веток, хвои, плодов и различных органических остатков.
«Мы рекомендуем заменять безлесные противопожарные разрывы такими лесными полосами, сформированными из огнестойких древесных пород. Пожароустойчивые лесные полосы могут активно применяться для разделения и окаймления хвойных лесных культур, пустырей и гарей, пожароопасных и ценных насаждений, защиты населенных пунктов и объектов экономики, расположенных в лесном фонде», — отметил А.Ю. Алексеенко.
Некоторый оптимизм ученым внушает то, что в последнее время увеличилось финансирование на борьбу с лесными пожарами и приобретение противопожарной техники — в частности, в рамках федерального проекта «Сохранение лесов». А благодаря развитию беспилотных технологий появляются и новые средства для обнаружения лесных пожаров и оперативного тушения.
Споры о естественном и искусственном лесовосстановлении
Если говорить о лесном хозяйстве во всей России, то выбор метода лесовосстановления – это вопрос, на котором стоит остановиться поподробнее, потому что среди ученых существуют разные взгляды на этот счет. В настоящее время используются все три метода восстановления, однако насчет их эффективности ученые придерживаются разных мнений. Так, например, директор Теллермановского опытного лесничества ИЛАН РАН Валентина Васильевна Чеботарева считает лучшим способом искусственное восстановление, тогда как в эффективности естественного и комбинированного способов есть большие сомнения.
«Самый лучший (но и самый затратный) способ — искусственный, так как при грамотном уходе и проведении всех лесовосстановительных мероприятий мы гарантированно получаем семенное насаждение с заданным составом ценных пород. За культурами ухаживать гораздо легче, чем за участками самосева или порослью от пней срубленных деревьев, как это происходит при естественном лесовосстановлении. Но в эксплуатационных лесах в условиях достаточного количества самосева хвойных пород такой способ имеет право на существование. А случаев успешного комбинированного лесовосстановления я в своей практике не встречала: культуры, созданные таким способом, обречены на заглушение порослью от пней быстрорастущих пород», — рассказала корреспонденту «Научной России» В.В. Чеботарева.
Иными словами, естественное лесовосстановление обходится дешевле, но это менее контролируемый процесс. В.В. Чеботарева добавила, что при таком способе остаются те виды деревьев, которые побеждают в конкурентной борьбе, а это, как правило, не самые ценные виды с точки зрения хозяйства. В свою очередь, заведующий лабораторией лесоводства и биологической продуктивности, ведущий научный сотрудник ИЛАН РАН Юрий Борисович Глазунов добавил, что и в искусственном способе есть свои сложности.
«Посадка или посев лесных культур сами по себе не гарантируют успешного роста целевых пород в дальнейшем. Для обеспечения их нормального развития необходимо проведение серии агротехнических и лесоводственных мероприятий по уходу. В первые годы после посадки культур необходимо проводить регулярное окашивание, до смыкания крон деревьев — два-три приема осветлений. Количество и интенсивность мероприятий по уходу обусловлены текущим состоянием культур. Перевод культур в покрытую лесом площадь осуществляется после смыкания крон деревьев в возрасте восьми-десяти лет, когда формируется лесная среда с преобладанием целевых пород. Однако и это не гарантирует успешного формирования целевого насаждения. Объективно судить об успешности роста целевого насаждения можно в возрасте 20–25 лет после еще одного ухода в конце первого класса возраста — прочистки», — рассказал Ю.Б. Глазунов.
Природа и экономика
Согласно российскому законодательству, «эксплуатационные леса» — это те, что предназначены для хозяйственной деятельности, в первую очередь, с целью получения древесины.
И это, пожалуй, один из основных факторов, который учитывается при выборе способа лесовосстановления. Поэтому ученые много говорят об экономической составляющей. Но как обстоит дело с экологией? Важно понимать, что полное восстановление леса занимает десятки лет, а экономика смотрит в ближайшее будущее. Ценными для хозяйства считаются хвойные породы деревьев, поэтому лесовосстановительные работы проводятся с конечной целью сформировать именно хвойные лесные массивы. В природе же все происходит несколько иначе.
«При соблюдении правил и технологии рубки, леса способны восстанавливаться сами. Однако естественное восстановление может пойти не по целевому сценарию. Например, ценной породой для лесного хозяйства выступает ель. После вырубки еловых лесов на их месте в большинстве случаев начинают расти лиственные породы. Лишь через несколько десятков лет под их пологом начнет формироваться в достаточном количестве еловый подрост, который через 80 лет и обеспечит в условиях южной тайги спелый еловый древостой. Таким образом, без искусственного восстановления леса, мы получим еловую древесину даже не через 80 лет, а с задержкой еще на несколько десятков лет», — отметил А.А. Егоров.
По этой причине при восстановлении хвойных массивов стараются максимально сократить возраст технической спелости деревьев (то есть возраст, когда дерево признается максимально продуктивным в хозяйстве). Этот фактор тоже важно учитывать.
Помимо эксплуатационных лесов, существуют защитные и ценные леса — это тоже понятия, прописанные в Лесном кодексе России. В случае с такими лесами требования к составу леса могут быть иными — соответственно, меняется и стратегия лесовосстановления. Но и тут не все так просто: как признают ученые, сейчас в лесном хозяйстве главенствует принцип многоцелевого использования. То есть за лесами признаются и экономический потенциал, и особая экологическая -– средообразующая и биосферная роль. И хотя экология и экономика не обязательно должны противоречить друг другу, конфликты интересов неизбежно происходят.
«Принцип многоцелевого использования лесов просто забивает последний гвоздь в крышку гроба лесовосстановления. О каких культурах можно вести разговор, если в молодняках пасутся копытные, сведения о численности которых подают сами охотпользователи, а документ, ранее регламентировавший оптимальное количество копытных на 1 тыс. га, отменен?» — сетует В.В. Чеботарева.
Перед лицом меняющегося климата
Помимо экономического фактора, особым вызовом для лесовосстановления выступает изменение климата. О том, что температура на планете в XXI в. стремительно повышается, говорят уже давно. Но как это отражается на лесах? Во-первых, потепление означает увеличение засушливого сезона, а значит, возрастет и опасность пожаров. Здесь, кстати, важно учитывать и другие свойства пород: так, например, хвойные леса разгораются быстрее, а вот береза, напротив, отличается большей стойкостью. Поэтому березовые насаждения вокруг населенных пунктов могут защитить от пожаров, тогда как чистые хвойные древостои представляют большую опасность. А как мы помним, в соответствии с хозяйственными потребностями, лесовосстановление больше работает на хвойные массивы.
Но не столько сам факт потепления беспокоит ученых, сколько неопределенность климатических прогнозов. Мир стремительно меняется, и темпы роста производства могут быть непредсказуемыми, поэтому сейчас очень сложно предположить темпы изменения температуры. Между тем, лесовосстановление требует долгосрочного планирования, на десятки лет вперед. И не учитывать климатический фактор здесь нельзя.
В ИЛАН РАН ориентируются на прогнозы Межправительственной группы экспертов по изменению климата (МГЭИК). Согласно этим прогнозам, рост среднегодовой температуры в России к концу ХХI в. составит от 3 до 7 °С. А для лесного хозяйства это уже очень существенная разница.
«Повышение температуры на 3 и на 7 °С различным образом скажется на состоянии растительных сообществ. Потепление на 3 °С приведет к смещению на север южной границы ареала ели, однако сосна и лиственница, возможно, смогут сохраниться в пределах нынешних местообитаний. При повышении среднегодовой температуры на 7 °С гарантированно изменятся границы лесорастительных зон и видовой состав лесных фитоценозов. Следует отметить, что примерно 7 °С в настоящее время составляет разница среднегодовых температур Москвы и Пекина», — отметил Ю.Б. Глазунов.
На данный момент ученые разрабатывают различные проекты лесовосстановления с учетом климатических изменений в будущем. Среди основных предлагаемых мер — например, увеличение доли лиственных деревьев (чтобы снизить пожарную опасность) и увеличение доли искусственного лесовосстановления в целом. Так можно будет лучше контролировать соотношение лиственных и хвойных культур, а также следить за состоянием почв. Но тот факт, что до конца непонятно, в каком темпе будет повышаться температура, и как это будет соотноситься с экономическими интересами, сильно осложняет работу.
Информация взята с портала «Научная Россия» (https://scientificrussia.ru/)
