Научная конференция "МЕЖДУНАРОДНОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО В ОБЛАСТИ АСТРОНОующий артиллерией и фортификацией, приглашает Баженова к себе на службу, испросив ему у императрицы неожиданный для архитектора чин капитана артиллерии. Вместе с покровителем и всем царским двором Баженов покидает Петербург и в начале 1767 года возвращается в родную Москву.
Здесь и нашлось настоящее, по его силам и стремлениям, дело. Нужно было перестроить Кремль! Причина тому была, очевидно, политическая. Екатерина II решила осчастливить страну новым, разумно составленным сводом законов. Для этого в кремлевской Грановитой палате созывалась комиссия из представителей разных сословий. Между тем сам Кремль пребывал в крайнем запустении и ветхости, а главное, его древняя архитектура представлялась просвещенным людям XVIII века беспорядочной и бесформенной.
Следовало, сохранив почитаемые святыни и лучшие здания, расчистить Кремль, придать его облику свойственные классицизму уравновешенность и симметрию. Баженов планирует прямые улицы, веером расходящиеся от древних Троицких ворот, новые площади. Затем замысел расширяется: возникает идея громадного дворца, который займет всю южную часть Кремля. В центре он выдвинется к набережной Москвы-реки могучим выступом, по сторонам - закруглится внутрь, сливаясь в одно целое с другими кремлевскими зданиями.
В Кремле начинается ломка старых строений, рушатся стены, в облаках розовой кирпичной пыли открываются небывалые виды. Внутренние площади Кремля, вчера еще замкнутые, теперь видны даже издали, с другого берега реки.
Однако весной 1771 года работу пришлось остановить: беда нагрянула в Москву - эпидемия чумы. Жесткие, но мало действенные меры властей вызвали недовольство горожан. Вспыхнул бунт, убит суровый московский архиепископ Амвросий, толпа громит его покои в Кремле, в двух шагах от Модельного дома. Баженов там, он боится за судьбу своей драгоценной, выстроенной из сухого дерева, модели. Но бунт в два дня подавили, модель уцелела, эпидемия же утихла лишь к зиме.
На следующее лето праздником открывается новый этап работы - вынимается земля под дворцовый фундамент, который будет заложен год спустя в еще более торжественной обстановке.
Но годы шли, а выше фундамента стройка не поднималась. Недоставало средств, все больше их уходило на осушение рвов, на укрепление сочащегося водой, подрытого, оседающего откоса кремлевского холма: если он съедет, могут рухнуть стоящие на нем древние соборы. И весной 1775 года императрица приказала засыпать котлован, а значит, прекратить работу. Дело было, конечно, не в одних соборах, их можно было уберечь и иначе. Просто баженовский грандиозный дворец был ей уже не нужен. Породившие его политические обстоятельства изменились.
Руководить засыпкой котлована оскорбленный Баженов отказался: "Оставляю тому, кто за благо избран будет". Тем временем он строит за городом, на Ходынском поле, деревянные павильоны для празднования победы над турками. Причудливые здания неклассической, условно восточной архитектуры символизируют Таганрог, Керчь, Азов и другие города, отошедшие после победы к России.
Нарядные необычные постройки Екатерине понравились. Вот такой хочет она видеть и свою новую усадьбу - только что купленное под Москвой Царицыно.
На склоне холма, спускающегося к большому пруду, Баженов расположил, казалось бы в вольном порядке, множество сравнительно небольших строений из красного кирпича. Украсить их он хотел цветными изразцами, на манер старинных московских зданий. Но императрица эту идею отвергла, и тогда красный кирпич был эффектно оттенен вставками из резного белого камня.
Чувствовались в облике Царицына какая-то искусственная старина, условное, почти игрушечное средневековье. В те времена всю средневековую архитектуру, не очень еще различая эпохи и страны, именовали "готической". Классицисты считали ее "неправильной", искаженной невежеством прежних строителей, но она все же манила Баженова. Правда, при возведении Царицына он не придерживался какого-то определенного стиля: стрельчатые окна западноевропейской готики он свободно сочетал с узорчатой кирпичной кладкой русских зданЖелезнякова